На Петербургском международном экономическом форуме — 2026 состоялась сессия «Новые возможности для МСП: инновационная цепочка и рост через биржу». Участники — представители Минэкономразвития, Центробанка, Роспатента, венчурных фондов, Московской биржи и институтов развития — обсуждали, как российский малый и средний бизнес переходит от привычного кредитного плеча к долевому финансированию.
Конец эпохи кредитования: почему ЦБ и Минэк больше не верят в займы для МСП
Выступающие на сессии эксперты сошлись во мнении: классический банковский кредит для технологического роста больше не работает. Заместитель министра экономического развития РФ Татьяна Илюшникова напомнила, что предприниматели исторически привыкли к заемному капиталу, однако сегодня ситуация иная.
«В текущих условиях достаточно высокие ключевые ставки, и с учетом нового национального приоритета по увеличению капитализации фондового рынка инструменты по привлечению собственного капитала становятся в фокус внимания. Массовыми они быть не могут, это скорее «бутиковые» истории, потому что сектор МСП — это больше 4 млн предприятий, а реально претендовать на вход в капитал способны лишь единицы с выручкой уже за 2 млрд рублей», — отметила замминистра.
Член совета директоров Центробанка Михаил Мамутов заявил, что дело вовсе не в ключевой ставке.
«Ключевая ставка — это фактор, который конъюнктурно определяет, где именно сейчас в моменте выгоднее брать деньги: в банке, на бирже или на краудфандинговой площадке. Дело скорее в системе отношений», — пояснил он.
Михаил Мамутов подчеркнул, что исторически малый бизнес был локализован в банках, но если мы действительно хотим инновационную экономику, то на банковском кредите впечатляющих результатов не добиться.
«Банковский кредит всегда привязан к определенному соотношению собственных и привлеченных средств, и через эту кавенанту ты никак не перепрыгнешь», — рассказал эксперт.
Татьяна Илюшникова привела цифры, подтверждающие изменения. Она рассказала, что за предыдущий цикл нацпроекта было 155 размещений облигаций почти на 50 млрд рублей, однако затем программу полностью перезагрузили.
«Мы ушли от субсидирования купона, но сохранили субсидирование подготовки документации и юридического сопровождения, потому что рассматриваем выход на рынок облигаций как стадию перед IPO», — объяснила замминистра экономического развития.
Страх, непонимание и дороговизна: что мешает МСП выходить на биржу
Несмотря на усилия регуляторов, предприниматели не торопятся на биржу, и участники сессии назвали причины такого тренда.
«МСП боятся работать с биржевыми инструментами. Это не очень понятный для них, не очень востребованный инструмент. Он достаточно дорогостоящий даже с точки зрения подготовки процедур и оплаты листинга», — признала Татьяна Илюшникова.
Поэтому государство сконцентрировалось на независимых компаниях, отфильтровав аффилированных с крупными холдингами, и приоритизировало конкретные отрасли: обрабатывающие производства, IT, транспортировку и гостиничный бизнес.
«Главное — лед сломан. Если раньше про это всерьез никто не хотел говорить, то сегодня мы имеем госпрограмму поддержки и, самое главное, изменение отношения компаний к возможностям рынка капитала», — отметил позитивный сдвиг Михаил Мамутов
Кроме того, он привел цифры: за прошлый год на облигационный рынок вышло около 40 компаний, разместив бумаги на 40 млрд рублей, причем многие пришли без господдержки. При этом он подчеркнул, что никто не делает вид, будто рынок капитала заместит кредитование.
Отдельно Михаил Мамутов остановился на краудфандинге как на «песочнице» для самых маленьких компаний. По его мнению, для тех компаний, которые еще не доросли до биржи (оборот хотя бы 100 млн рублей), краудфандинг — хорошая альтернатива. Это тоже рынок капитала, здесь нет банка, это снижение зависимости от одного кредитора. Он также добавил, что ЦБ провел любопытный анализ: компании, привлекающие капитал через биржу или краудфандинг, развиваются в среднем быстрее, чем в среднем по отраслям.
Интеллектуальная собственность как мертвый актив: почему патенты не работают
Одним из самых острых оказался блок об интеллектуальной собственности. Руководитель Роспатента Олег Неретин привел жесткую статистику: Россия — в десятке стран, но далека от лидеров.
«Китай — это 1 млн 800 тысяч заявок в год, а Россия — 27 тысяч», — констатировал он. При этом, по его словам, «14% заявок подает малый и средний бизнес, и мы почти уверены, что большинство из них будет реально использоваться в экономике, потому что МСП патентуют не для отчетности, а для применения», — рассказал эксперт.
Однако главная проблема, которую озвучила Татьяна Илюшникова, состоит в том в том, что бизнес не видит в патенте экономический актив, пояснив, что кредитование под залог интеллектуальных прав идет всего в пяти регионах в пилотном режиме. Она перечислила три ключевые проблемы: это дорого, это сложно, это не всегда понятно малому бизнесу. Кроме того, многие предприниматели не осознают рисков, потому нужно донести до бизнеса, что патент в первую очередь может защитить продукт при выходе на международный рынок.
Олег Неретин в свою очередь отметил, что как только в меры поддержки включается требование патентования, активность растет.
«Если каким-то образом для поддержки МСП через кредитование ввести критерий, что патентовать необходимо, мы получим охрану своих технологий», — резюмировал он.
Деньги вторичны: что на самом деле нужно быстрорастущим компаниям
Кульминацией сессии стал тезис, который прозвучал из уст представителей частного капитала: проблема бизнеса в россии не в дефиците денег.
«Когда мы общаемся с компаниями, которые готовы к росту, мы часто сталкиваемся с тем, что мы компании не особо нужны. У них есть внутренние способы финансирования. Основной вопрос, который теперь задает бизнес инвестору: «А что вы дадите нам, кроме денег?», — поделился Директор по инвестициям фонда «Сигнал» Даниил Горженков.
Глава ассоциации «Национальные чемпионы» Александр Лиханов подтвердил это цифрами. Он сообщил, что по итогам 2025 года более 50% компаний со средней выручкой около 6 млрд рублей планируют привлечь инвестора в капитал, но при этом интерес к заемному финансированию достаточно низкий — лишь 11% российских компаний рассматривают возможность получения кредита. Он сделал вывод: мы действительно движемся к рынку капиталов и долевого финансирования.
«В 2025 году частные фонды увеличили активность на 80%, а бизнес-ангелы сократили на 40%. Корпорации почти перестали инвестировать — их доля всего 3%», — добавила аналитику по венчурному рынку генеральный директор Московского венчурного фонда Юлия Поволоцкая.
При этом, по ее наблюдениям, рынок сместился к ранним стадиям, но инвесторы не готовы заходить с большими чеками. А отраслевые приоритеты меняются. Если раньше лидировали финтех и потребительские сервисы, то теперь цель сменилась на технологический суверенитет — промышленные технологии выросли на 120%.
«Деньги – вторичная цель, первичная — способность понимать, на что ты их потратишь и как», — пришли к выводу участники сессии.
София Купченко
